Не так давно мое внимание привлекла необычная афиша, которая сообщала о концерте хора, но зато какого! В программе заявлялась вся классика рок-музыки. А учитывая, что хор явление довольно консервативное, такой смелый подход меня особенно заинтересовал. Познакомьтесь и вы с таким уникальным харьковским проектом как Хор Одиноких Сердец Сержанта Пеппера (ХОССП)

Расскажите, какими достижениями за время существования хора вы гордитесь?

Анна Минакова (руководитель и концертмейстер хора, автор всех аранжировок): В январе хору исполнилось 5 лет. Я всем говорю, что наше главное достижение — это то, что хор продолжает существовать. И чем дольше мы вместе — тем больше мое изумление по этому поводу. За это время мы успели исполнить более ста композиций, пропустить сквозь «свои ряды» около 70 хористов, выйти на сцену около 50 раз, а ещё — соединить несколько сердец, что особо приятно. К слову, большую часть нашего репертуара составляют каверы на рок-композиции знаменитых групп — Radiohead, Pink Floyd, Red Hot Chili Peppers, System of a Down, а также ОЭ, Кино и прочих. Но, когда душа просит, можем спеть и Шуберта.

Какова цель проекта? Что делает вас уникальными?

Виктория Меликенцова (дирижер, солистка): Знаете, для меня цель практически любого проекта - сам процесс. Для многих хористов репетиции — своего рода отдушина, творческая реализация, общение с интересными нестандартными людьми, хобби, любовь и т.д. Каждый находит здесь свое. Мы — разные, и это здорово! Мы делимся своим любимым делом, организовываем концерты, которые отличаются друг от друга и локациями и концепциями: на день космонавтики мы пели в планетарии, над нами "светили" звезды, летали спутники, и репертуар был околокосмической темы; одним ноябрьским вечером мы дали "Тленный" концерт в лофте, такое название было продиктовано осенней погодой и соответствующим репертуаром.
Уникальность - слово ответственное.
Мы — хор, который поет инди, рок и поп,— это уже достаточно неординарно для Украины. Мы — первопроходцы и этим интересны.
HOSSP4

Анна: И всё же формат нашего хора хоть и свеж для Украины, но совсем не уникален в мире. Поэтому, мне кажется, наша уникальность — в наших живых чувствах, в том, как именно мы доносим то или иное слово. Мне кажется, нам иногда удается в звучании и чувствовании балансировать на грани между болью и радостью и ловить момент, который никогда более не повторится. Эмоциональный спектр, который мы генерируем, — от глубокого трагизма до эйфорического веселья.

Можно каким-то одним словом или понятием охарактеризовать вашу концепцию?

Елизавета Банникова (солистка, альт, по образованию – режиссер): Среди нашей сувенирной продукции есть одна открытка. На ней изображена волшебная птица, несущая на своих могучих крылах весь хор. А снизу подпись: "Communication and education". Вот эти слова, наверное, ключевые и есть. Хоровое пение рождает некую, можно сказать, мистическую связь исполнителей и со зрителем, и друг с другом. Конечно, любой солист может прийти в экстаз от переливов собственного голоса, но только в хоре возможно вот это всепоглощающее, порой даже физическое наслаждение от гармонического слияния звуков (разумеется, если никто не лажает при этом). Второй пункт можно перевести как "просвещение". Тут никаких метафор: многие хористы признавались, что именно благодаря нашему репертуару открыли для себя и полюбили много песен и групп. Смеем надеяться, что такую же пользу наше творчество приносит и кому-нибудь из наших поклонников.
HOSSP5

Анна: Точно! Мы ведь исполняем не только откровенные хиты, но и гораздо менее известные в наших широтах песни Sigur Ros, Arcade Fire, Асафа Авидана, например, которые, на мой взгляд, нужно донести до нашего слушателя. Кроме того, смысл кавера. как такового, также в том, чтобы дать сочинению новую, совершенно иную жизнь. Как бы заново считать её с ноосферы. Есть песни, которые мы поем близко к тексту, которые будто бы для хора и написаны, а есть те, которые мы меняем почти до неузнаваемости и на выходе получаем другую композицию. Матрица, вроде, та же, а материя-форма-смысл — уже наши. Да, аранжировки всех песен написаны мной. С одной стороны, это хорошо — ведь я знаю свой хор изнутри, знаю его возможности и сильные стороны, знаю, кто на что способен, но с другой, конечно, есть неизбежные повторы приемов. Как ни крути, почерк один и тот же.

Сколько человек в хоре и часто ли меняется состав?

Анна: В хоре всегда в среднем 20 человек. Состав меняется волнообразно. Из первого состава в хоре сейчас поёт 4 человека, т.е. хор изменился весьма существенно. А за 5 лет существования с нами успело попеть около 70 человек — кто-то вовлекался в жизнь хора полностью, а кто-то поверхностно. С кем-то из бывших участников я продолжаю близко общаться, кто-то затерялся… Одно могу точно сказать — люди, с которыми мы начинали, вписаны золотыми буквами в историю хора и в мою память. Изначально это был настоящий хоровой андерграунд — мы репетировали на кухне у свежеиспеченных хористов, семейства Боковых, вокруг стола с печеньками. И ощущали себя почти что тайным сообществом.
HOSSP1

А как находите новых участников?

Анна: Со временем о нас узнали в городе, и новые люди стали тянуться к нам сами. Зачастую это приятели хористов, иногда совершенно незнакомые люди. Приживаются у нас не все, только личности, близкие по духу — в меру открытые, чувствительные, готовые и к рутинной работе, и к выплеску эмоций на концертах, обладающие чувством юмора, ну и, конечно, любящие музыку.

20 человек это довольно большой коллектив, как удается поддерживать дисциплину?

Ян Панасенко (бас, свободный музыкант): Хор наш — и полигон испытаний, и семья одновременно. В коллективе, всё-таки, главную роль играют отношения между людьми. А с творческими людьми порой бывает, как на вулкане. Лаву амбиций помогает охладить единая цель — пение.
Удивительно, как музыкальная гармония настраивает гармонию взаимоотношений.
Бывает поучительно наступать на грабли, если выносить из этого урок. Этим мы и занимаемся.
HOSSP2
Анна, на каком инструменте ты играешь, и почему остановила на нем свой выбор?

Анна: Я закончила консерваторию по классу фортепиано. Как происходил выбор инструмента я, честно говоря, не помню. Родители отвели меня в музыкальную школу в 5 лет. Возможно, они предложили фортепиано, а я согласилась (в том возрасте я почти всегда с ними соглашалась). Надо сказать, инструмент замечательный. Да и репертуар, созданный для этого инструмента — богатейший. Великие композиторы его любили. Шопен, например, вообще только для него и писал!

В какой момент ты решила заниматься хором? Как поняла, что это твое?

Анна: Вообще, хор нравился мне с детства, со школьных времён. Так получилось, что после консерватории я попала на работу в хор харьковского политеха. И, немного вникнув в специфику, захотела написать свои партитуры. Так хор ХПИ стал петь Цоя и Radiohead. После пары-тройки моих опытов ко мне подошли участники этого хора (собственно, те самые Боковы, у которых мы первое время репетировали) и предложили собрать свой коллектив, специализирующийся на исполнении рока.

HOSSP3

Есть ли кто-то, кого ты бы назвала своим наставником? К чьим советам прислушиваешься?

Анна: Какого-то определенного наставника-гуру у меня нет. Что касается творческой стороны — меня всегда интересует мнение профессиональных хормейстеров. Стараюсь не только слушать их советы, но и наблюдать, как они работают со своими коллективами и перенимать то, что мне близко. Ведь я в хоровой среде, в общем, скорее любитель.
Также зачастую я нуждаюсь в советах и поддержке (как моральной, так и организационной) хористов.

Чего бы хотелось достичь с ХОССП? Рассчитываете только на свои силы, или планируете искать какую-то (материальную или иную) помощь извне?

Виктория: Заветная мечта хора, наш единорог, — Glastonbury fest!
На сегодняшний день каждый может стать известным. Плюс современного мира — в скорости и простоте распространения информации по всему шарику (Северная Корея не в счет ;). Когда ты делаешь классную штуку, достаточно немного постараться, и о тебе может узнать огромное количество людей. Организация концерта сейчас тоже несложная наука. Единственная сложность для нас на данном этапе — перевезти, поселить и прокормить на гастролях 20 человек (если вернуться к вопросу об уникальности, вот еще одна наша отличительная черта — нас много, действительно много!). Сейчас главное — сконцентрироваться и работать на узнаваемость.

Анна: И, конечно, хотелось бы продолжать развиваться в ширину и глубину — совершенствоваться в творческом плане, повышать уровень организованности коллектива. В общем, конкретных планов по завоеванию мира пока нет, но намерение расти и процветать имеется. Рассчитывать на постороннюю помощь трудно, но, если найдутся люди, готовые поспособствовать нашему развитию, будем только благодарны.

Что стоит ожидать от вашего концерта?

Елизавета: Ожидать от нас стоит полной и безоговорочной отдачи. Потому что выступаем мы не слишком часто и к любому концерту относимся о-очень ответственно.

Анна: На сцене обычно больше 20 человек и два часа разнообразного рока — от классического до инди, от Океана Эльзы до Arctic Monkeys, причем все песни преображены хоровым звучанием. Большая часть хористов за время концерта успевает спеть соло — очень по-разному. Что ещё… Живые эмоции, конечно же! Приходите — и убедитесь сами.

Автор: Ярко Кристина
Фото: Сергей Любецкий, Михаил Масловский, Анастасия Гузенко